Стас

«Одна только доза делает вещество ядом и лекарством»

Парацельс

Когда я проснулся, ласкающее весеннее солнце было уже достаточно высоко. Его лучи попадали мне на подушку, сквозь окно, на котором сейчас стоит букет моих любимых ирисов, и заливали мое лицо светом. Пробуждение совсем недавно перестало мне представляться откровением, так как до этого я жил где-то в 3ем мире, между сном и явью (честно признаюсь, что для меня оба эти состояния были забытьем). Да и воздействие света само по себе было телесной болью. Сейчас я уже в состоянии рассказать вам о себе. Я молодой, когда-то симпатичный, 19ти летний человек, и, если бы не моя глупость я бы считал себя еще и здоровым, но здоровья, увы, у меня не осталось. Я вот лежу сейчас один в своей чистой, убранной, красивой палате. Тут есть все, что может мне понадобиться. Это частная клиника. В ней я уже больше месяца. История, которую я хочу вам поведать, началась около года назад, а может и полтора.

Началось все с поиска своей Богини Любви, или Жрицы той, которая может обеспечить, дать мне Счастье, но не мимолетное и эфемерное, а настоящее. И именно за ним, за счастьем, и волочатся, следуют смертные. Именно оно нужно всем. Я не исключение.

Полтора года назад он познакомился с милой, симпатичной девушкой. Вика как раз была не в Москве. Я только начал учиться в институте, начались тусовки и, на одной из них, я и познакомился с Даной. Меня в ней безумно привлекало все: я обожал ее глаза – зеленые, изумрудного цвета, большие, широко распахнутые, как у куклы. У нее были прекрасные густые длинные белокурые волосы и челка, которую она постоянно откидывала, так как та попадала в глаза. Она была ни капельки не похожа на Вику, которая была маленькой изящной статуэточной с коротко стрижеными черными волосами. С ней мне конечно было легко, но она не была душой компании, она их вообще не любила. Дану же обожали все. Она не замолкала ни на минуту. Ей всегда было, что сказать, что рассказать. И ее звонкий, счастливый смех заражал всех вокруг. К ней тянуло. Спасения от ее природного магнетизма не было ни для кого. Она была легкой в общении, веселой и зажигательной девушкой. Она так и искрилась, сияла и светилась счастьем, радостью и теплотой. Я влюбился как мальчишка, а именно мальчишкой я и был. Нас познакомили и вечер пролетел незаметно. Но это был волшебный, сказочный вечер. Потом был еще, и еще, и еще. Вечера плавно переходили в ночи, ночь становилась утром, которое становилась днем и снова был вечер. Это был бурный и феерический роман между нами. Учеба была заброшена мною. Мы целыми днями были заняты только друг другом. Нас не интересовало ничего. Мы вместе гуляли по ночному городу, любовались горящими, привлекающими нас, ночных мотыльков, витринами, ходили в театры, музеи, кинотеатры. Мы смотрели современные и классические постановки, все новинки в кинотеатрах, посещали выставки, ходили на мюзиклы, концерты, оперы и тусовки… Мы бывали везде. Это было фантастическое, незабываемое время. С каждым днем, нет часом, нет, минутой я привязывался к Дане все больше и больше. Она меня волновала, привлекала. Однако, временами она пропадала и я не знал где ее искать, что мне без нее делать, как быть, как жить.. Потом она возвращалась: счастливая, веселая и я, дурак, забывал и прощал ей все, ничего даже не спрашивая. Боялся… Боялся что-то потерять, разрушить и остаться без нее. Вика была заброшена. Хм… Вика… Тогда она была не нужна. Я был идиотом, считающим себя самым счастливим человеком на свете.

Через какое-то время Дана решила познакомить меня с Кокаином. (Кокаин – наркотическое вещество, получаемое из листьев кокаинового куста. Это обезболивающее средство, которое так же является опасным наркотиком)

Нет!

Молчите и не говорите ничего! Вы только взгляните на эту горстку драгоценнейших, сверкающих маленьких, крошечных кристаллов. При воспоминании о нем по моему телу, которое еще недавно напоминало скелет, обтянутый кожей, побежал озноб. При взгляде на него может возникнуть ассоциация с перышками снега, с первым инеем, со сверкающими стразами, бриллиантами… Мои ноздри вкусили его. Изморозь… Блаженство… Ни с чем не сравнимое блаженство… Моя повседневная жизнь – жизнь без кокаина напоминала одно сплошное, повторяющееся несчастье. Я стал все чаще и чаще потакать велениям кокаина, ибо он стал сильнее меня. Проблема была в том, что сила его воздействия уменьшалась при увеличении частоты его употребления. Наслаждение убывало, а аппетиты, требования и запросы возрастали. Кокаин оказывал немедленное воздействие и, что очень важно, не имел запаха.

- Дорогой, ты как? Я вот недавно прилетела.

- Викуся, солнышко, жизнь моя, если бы ты знала как я тебе благодарен! Если бы не ты, то меня бы здесь уже не было. И я сильно сомневаюсь, что меня ждали бы там, НАВЕРХУ. Я тебе доставил столько слез, хлопот и страданий. Я не знаю имею ли я право на жизнь!!! Я вот лежу сейчас здесь, ничего не делаю. Меня лечат, ухаживают за мной, оберегают от всего. Я благодарен тебе за все… Ты там мечешься, мучаешься, зарабатываешь деньги, платишь за все это, когда я с тобой так обошелся… А я тут лежу по своей тупости, глупости.

- Успокойся пожалуйста. Я с тобой. Я тебя не брошу. Я тебя вытащу. Я люблю тебя. И именно поэтому я здесь. Я рядом.

Мы еще немного поговорили. Она посидела со мной рядом. Вот за что я ей благодарен, так это за ее настоящее чувство ко мне, за ее доброту, за поддержку. Именно благодаря ей я и живу.

Никакаое количество кокаина с его экзальтацией ни шло ни в какое сравнение с этим моментом! Эти слова, эти старые как мир слова в этот день для меня приобрели новое изумительное значение. Когда Вика сказала, что любит меня, в тот момент соединились два мира и стали навсегда единым. Мы перестали принадлежать сами себе, теперь мы были в ответе друг перед другом.

Вика вышла из его комнаты и направилась прямиком к лечащему врачу, чтобы поговорить. Борис Юрьевич принял ее как всегда любезно и тепло, сделал ей чашечку чая, достал коробку конфет. Любезность с клиентами тоже входила в его работу. Вика просидела у него час, расспрашивая о методике лечения, о состоянии здоровья, об опасностях. Потом ему надо было отправляться на обход пациентов и они попрощались. Предварительно конечно девушка заплатила еще за неделю его пребывания здесь…



Вика ушла и я встал, походил по комнате, подошел к окну. Весна, апрель месяц. Я тольконедавно вновь научился воспринимать и следить за временем. Ведь, когда употребляешь кокаин, то временная ориентация теряется, грани стираются, и ты живешь в каком-то особом мире. Мне не хватит сейчас слов. Чтобы описать этот мир таким, как я его видел. На деревьях начинают распускаться почки, я живу, и они живут. Их жизнь только начинается, а моя едва не закончилась…

Дана, это светловолосая красавица, этот белокурый ангелок. Я даже не знаю где ты сейчас и что с тобой. Хотя, я и не хочу знать. Я многих повидал, многих потерял. Но в той жизни, которую я вел, я ни о чем об этом не задумывался. Я получил хороший урок. Он бесценен.

Об этом уроке я и хочу вам рассказать. Дело в том, что те, кто употребляют гидрохлорид кокаина ради удовольствия, в скором времени познают на себе месть природы, хотя и пытаются не замечать ее ударов. Но, поскольку человек есть создание природы, и ему необходимо жить в гармонии с ней, то он слабее силы, породившей его. Вначалу изнашиваются нервы в виду отсутствия отдыха и должного питания и естественно из-за постоянного возбуждения. Я тоже вначале не замечал криков о помощи своего организма, его нервных клеток, а лишь делал ему хуже, увеличивая дозу. Потом начались галлюцинации и крысы, крысы, крысы…

Я любил своего светлого ангела тьмы. Мы были действительно счастливы тогда, но за все приходится расплачиваться. Меня выгнали из института, я ушел из дома и жил у нее. Появился новый круг знакомых; в этот круг избранных вошел и я. Она была очень обеспеченной девушкой и мы многое могли себе позволить. Постепенно денег стало нехватать и мы начали продавать содержимое квартиры. Мы многим не пользовались… Мы все больше и больше терялись во времени и пространстве. Перестали выходить из квартиры. Когда-то прекрасные белокурые волосы Даны спутались, блеск попал, она похудела. От ее красоты мало что осталось. О себе я молчу…

Однажды утром (по моим ощущениям) я не смог ее разбудить. Вначале я подумал, что она очень крепко спит. Мое солнце, моя любовь, моя радость была еще белее обычного. Она была холоднее льда. Я оставил ее лежать на постели, пока не слишком понимая происходящее. Я не помнил ничего. Не знал сколько сейчас времени, какой месяц, какое время года. Где находятся мои родители, друзья, с которыми я когда-то общался, Вика. ВИКА!!!

Все эти мысли скопом пробежались по моей голове. И, наверное, в первый раз за последнее время я по настоящему проснулся. Я прошелся по когда-то шикарной квартире… Ужас объял меня. «Смотри же и глазам своим не верь». Верить не хотелось. Повсюду был хаос. Мы жили и всего этого не замечали. Пройдя по всей квартире, я насчитал еще около 5ти спящих тел. Примерно через час они все были выдворены.

Дана лежала все в том же положении, в котором я ее оставил… Глазные яблоки впали, цвет ее когда-то бархатно-нежной персикового цвета кожи был мертвенно синим, она была ужасно худа, истощена. Это был скелет, когда-то принадлежащий красивой девушке. А ведь я помню ее красоту, роскошность ее фигуры. Помимо того, что она была невероятно красива, она была еще и умна. Редкое сочетание в наши дни. Это был ангел, совершенство. Я любил ее, любил!!! И вот теперь передо мной лежало то, что я когда-то любил, но теперь это был конец. Больше она не будет улыбаться мне, дарить свой взгляд, свои губы, свое тело. Больше никогда ничего не будет. Мне стало плохо, страшно… Декаданс, смерть – все, над чем мы когда-то смеялись предстало передо мной во всей своей действительности. Я не знаю сколько я так просидел около нее. Я впал в беспамятство. Лихорадочно ходил, почти бегал, разговаривал даже с ней, пытался найти большого серого кота, которого я видел каждый вечер лежащим на диване и как будто улыбающегося нам. А был ли кот? Прошло какое-то время, что было дальше - я не помню. Очнулся я на улице. Как я понял, это было начало весны, а может и конец зимы. Мне было физически не по себе, я еле шел, мое тело меня не слушалось, мой мозг, правда, тоже был не в состоянии давать какие-либо команды. Я думал, что сейчас и сам умру. Я не знал куда и как я шел. Но в результате я дошел до какого скверика. Я в нем бывал раньше и не раз. Точно! Где-то здесь я жил.. когда-то… кажется



«Проснись, проснись навсегда!

Бодрствуй, как никогда,

Пока сон – возможный конец,

Проснись в пустоте, в этой бездне.»

(Алистер Кроули)

Я открываю глаза… Оглядываюсь… Больница… Трубки… Я не могу встать… Свет режет глаза… Боль… Боль… Тупая боль растеклась по всему телу… Я кружил на крыльях этой боли. Рядом сидит кто-то… Девушка… Говорит что-то… Не понимаю…

С того момента прошел где-то месяц. Я все еще здесь в этой больнице и я счастлив!!! За окном апрель. Я это точно знаю. Бабочка!!! Капустница!!! Как хорошо здесь… на земле! Люди!!! Живите!!! И дарите жизнь!!!



Через некоторое время его выписали, Вика отвезла его к себе. Она кормит его согласно строгой диете, так как многого ему теперь есть нельзя. Его вылечили от всего, кроме одного - у него гепатит С, но его сейчас не лечат. Но он живой. Поступил в институт, устроился на работу. Женился на Вике. Три месяца назад у них родился сын! Здоровый! Он поверил в Бога, подарившего им абсолютно здорового ребенка. (Надо полагать это подарок Вике, вытянувшей его из всего этого ужаса). Она правда вначале боялась, но теперь все позади.

Все позади! Жизнь наладилась!



«Ты не для гибели рожден, бессмертный Птах»

Строка из «Оды к соловью» Джона Китса