...Холодно.
Лаская воздух снежинки спускались ниже и ниже, подхватываемые редким ветром - для новой нежности - что бы потом сливаться воедино с белой толщей снега на промёрзшей земле.
Неповторимые никем, кроме мороза, узоры, вились по окнам, как дикий виноград летом, ставший теперь сухой колючей веткой.
...Холодно.
Парк был белоснежным. Чистым.
Деревья наконец могут отдохнуть от тяжести листьев, одновременно с тем испытывая жуткое одиночество. Но лишь на 3 месяца. Три холодных, пустых и безлюдных месяца.
А на скамье сидишь ты. Красивый и такой же далёкий, как и всё вокруг.
Твои чёрные волосы контрастно выделяются от всего. Ведь ты и сам в торжественно белом.
Капля красного - вот чего не хватает для полноты картины. Будь то роза или страсть, кровь или любовь, но этого не хватает. И мне нечем помочь. Ты не позволишь.
Ведь я так хотел...

Без слов, но крича, без мечты, но желая, без лица, но без масок...
Мне не больно. Это всего лишь лёд, пронзивший сердце насквозь.
Не хватало красного...
Получи.
Я дарю тебе его.
***

...Оттепель.
Сверкая в лучах тусклого солнца задыхался снег.
Лёгкий и непринуждённый бег ожившей воды по-детски гладил землю, кое-где приветливо обнимая стволы деревьев.
Сухая ветвь винограда вновь делала глубокие глотки воздуха из жизни, напиваясь ею вдоволь. А окна плакали по растаявшей красоте, умирающей от тепла.
...Оттепель.
Парк похож на скопление человеческой пошлости. Грязный, не благородный, не красивый... Но не одинокий. Ведь на ветках появились почки, а скоро, совсем скоро, оттуда, будто бабочка из кокона, вырастет маленький и чистый листочек, который будет долго шептаться между другими, подобными ему, успокаивая этим деревья.
И где-то там, стоя на сырой земле, ты будешь слушать их шёпот, понимая каждое слово.
Тёплое пальто, светло-бежевого цвета и улыбка, нежно-счастливого.
Теперь нет нехватки, что была зимой. "Я ошибся в цветовой гамме, прости."
И ты простил.
Зашив раны ласками ты оставил его у себя.
Ведь то, что подарено, не возвращают.
***

...Жара.
Опьянённый воздух размывает дорогу, не давая возможности видеть чётко.
Яркая зелень слепила своей свежестью и новизной, омываемая бризом со стороны проснувшегося моря. Какие-то песни птиц, какие-то цветы, наполняющие всё вокруг сладким и приятным ароматом, какие-то люди, сошедшие с ума в этой атмосфере, царапаясь в романтичной слепоте о дикую ветвь винограда.
...Жара.
Деревья принимали с наслаждением гуляющий молодой ветер, благодаря его на своём языке. И красивые бабочки раскрашивали его всеми цветами своих крыльев.
И мы лежали на изумрудной траве, держа в ладонях солнце, заходящее за горизонт.
Твои глаза, карие с шоколадом и мои, чёрные со сливками, ловили собственные чувства, показывая их друг на друге руками и губами.
И мы любили.
Сойдя, как и все, с ума, любили.
***

...Дожди.
Грязно-коричневые листья разрезают со свистом небо, оставляя кровавые капли дождя на сыром асфальте.
И уже нет той свежести, что была весной и летом, и уже нет того винограда, что сплетался с чужими ветвями, поднимаясь выше и выше. Срезали. Теперь на его месте один лишь корень, рыдающей золотой смолой.
...Дожди.
Парк пропах гниющей сыростью.
Прошло тепло и всё живое чувствует ледяное дыхание зимы.
Листья вновь погибают, падая на мягкую траву. Но теперь им можно не надеяться на перерождение, на лёгкий шёпот, случайную нежность...
Срезали. Убогие пни торчали из земли. Нет сил на слёзы. За них поплачет небо.
Ты холоден, бесчувственен. Волосы воронами взвивались при яростном дыхании ветра. В лицо бил колючий дождь. Но ни на что ты не обращал внимания.
Весь в чёрном.
Траур по погибшей любви.
Только вот я не вынесу и сорока дней, в отличии от тебя. Я уверен, уже после седьмого ты будет ласкать другого, зашивая уже его раны, принимая его подарки, одаривая в ответ своей чарующей улыбкой...

Я лишь скажу, что люблю тебя, в последний раз взглянув в глаза. Тёплые, янтарные глаза, где всё же проскочит любовь. А может ненависть.
Прости...